Арбитражная практика

Справка

по результатам обобщения практики разрешения Арбитражным судом

Брянской области споров о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по делам о банкротстве, рассмотренным в период 2020 - 2021 гг., отмененным Двадцатым арбитражным апелляционным судом и Арбитражным судом Центрального округа

В соответствии с планом работы Арбитражного суда Брянской области  на первое полугодие 2022 года проведено обобщение отмененных судебных актов в период 2020 – 2021 гг. по рассмотрению обособленных споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дел о банкротстве.

Целью изучения практики рассмотрения указанной категории дел явилось выявление вопросов, вызывающих затруднения при рассмотрении указанной категории дел и послуживших основанием для отмены судебных актов судами вышестоящих инстанций, а также обобщение применяемых судьями подходов при рассмотрении дел, обеспечения формирования единообразной судебной практики.

Предметом исследования при проведении анализа явились судебные акты, принятые Арбитражным судом Брянской области (3-м судебным составом в соответствии с исключительной специализацией) в вышеуказанном периоде, отмененные судами вышестоящих инстанций.

При рассмотрении настоящей категории споров судьи руководствовались нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ); федеральных законов и подзаконных актов, регулирующих обозначенную сферу правоотношений, в том числе:

- Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» – далее Закон о банкротстве;

- Федеральным законом  от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» - далее Закон № 266-ФЗ;

а также материалами судебной практики, в том числе:

- Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»;

- Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»; 

- Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»;

- Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 (ред. от 25.12.2018) «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»;

- Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.09 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»;

- Обзорами судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2  (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016) – далее Обзор ВС  РФ №2 (2016); №1 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020 г.) - далее Обзор ВС РФ №1 (2020); №4 (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020 г.) - далее Обзор ВС РФ №4 (2020); №1 (2021) утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021 - далее Обзор ВС №1 (2021).

Закон № 266-ФЗ изменил правовое регулирование привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника:

            Статья 10 Закона о банкротстве «Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве» признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой Ш.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», в которой содержатся материально-правовые нормы, регулирующие основания и условия для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также процессуальные положения, устанавливающие порядок подачи и правила рассмотрения соответствующих заявлений.

     Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам, предусмотренным Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

         В ситуации, когда контролирующее должника лицо совершило действия (бездействие) до 01.07.2017, а заявление о привлечении этого лица к субсидиарной ответственности подано в суд после указанной даты, подлежат применению процессуальные нормы главы Ш.2 Закона о банкротстве. В то же время следует руководствоваться материально-правовыми правилами, закрепленными в статье 10 Закона о банкротстве, в редакции, применимой к спорным правоотношениям, с учетом разъяснений, данных в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению после 1 июля 2017 года независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Закон о банкротстве в действующей редакции регулирует порядок привлечения руководителя должника и иных контролирующих лиц к следующим видам ответственности при банкротстве: субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве); субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника (статья 61.12 Закона о банкротстве); ответственность за нарушение банкротного законодательства (статья 61.13 Закона о банкротстве); ответственность за убытки, причиненные должнику, по основаниям, предусмотренным корпоративным законодательством (статья 61.20 Закона о банкротстве).

В период с 01.01.2020 по 31.12.2021 судьями третьего судебного состава Арбитражного суда Брянской области рассмотрено 42 заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, из них требования по 18 заявлениям удовлетворены в полном объеме либо частично, по 24 заявлениям судом вынесены определения об отказе в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности.

С заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности обращались либо конкурсный управляющий, либо кредиторы.

Чаще всего конкурсным управляющим при обращении в суд в заявлении указывалось сразу несколько оснований для привлечения руководителей должника и иных контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Основная причина, по которой суды первой или апелляционной инстанции отказывали в удовлетворении заявления - недоказанность вины контролирующих должника лиц, отсутствие установленной причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) контролирующих должника лиц и наступившим банкротством должника.

Из вышеуказанных 42 определений суда, 19 определений арбитражного суда первой инстанции были обжалованы в вышестоящие инстанции, из которых были отменены судом апелляционной инстанции 7 судебных актов Арбитражного суда Брянской области, принятых по данной категории обособленных споров (дела №№ А09-9263/2015, А09-9264/2015, А09-11551/2015, А09-13305/2017, А09-2014/2017, А09-7857/2015 (2 судебных акта)), в том числе с направлением на новое рассмотрение дела №А09-9263/2015; судом кассационной инстанции были отменены определения по трём делам № А09-8452/2012,  №А09-14279/2017, №А09-7857/2015.

По результатам проведённого анализа отменных судебных актов можно выделить следующие подходы, применяемые судом первой инстанции, а также вышестоящими инстанциями при рассмотрении апелляционных и кассационных жалоб по анализируемой категории дел.

1. Положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) и пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть презумпцию доведения до банкротства, доказав, в частности, что отсутствие документации должника либо ее недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или, доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения  обязанностей  по  ведению,  хранению  и  передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась (дело  №А09-11551/2015).

Конкурсный управляющий в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью обратился с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества.

Определением от 09.06.2020 заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что  руководитель должника не передал конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную первичную документацию общества, что не позволило впоследствии в полном объеме сформировать конкурсную массу должника, а также совершил ряд сделок по выводу ликвидного имущества общества (часть 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения правонарушения).

Неисполнение обязанности по передаче документов послужило основанием для обращения конкурсного управляющего должника в суд с ходатайством об истребовании у бывшего руководителя бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, а также оригинала спорного договора залога заключенного с бывшим директором Общества. Данное ходатайство было удовлетворено  судом определением, вынесенным по обособленному спору в рамках дела о банкротстве должника,  вступившим в законную силу.

Отсутствие первичных документов, по мнению суда, не позволило конкурсному управляющему определить содержание стоимостных активов должника, находящихся на балансе, и осуществить действия по их возврату в конкурсную массу, в том числе проанализировать возможные сделки должника, что позволило бы определить дополнительные источники для погашения задолженности.

Судом первой инстанции также было принято во внимание, что бывший руководитель продал четыре объекта недвижимого имущества, принадлежавших обществу, что привело к невозможности осуществления основного вида деятельности общества - сдача внаем собственного нежилого недвижимого имущества.

С учетом установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу о том, что отсутствие у должника имущества  повлекло невозможность удовлетворения требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, а также текущих платежей в деле о банкротстве, что  является основанием для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности.

Постановлением апелляционного суда от 10.12.2020 определение суда области от 09.06.2020 отменено. Апелляционным судом по делу принят новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника к бывшему руководителю о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано в полном объеме.

Отменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд указал на то, что материалами дела подтвержден факт направления в адрес  конкурсного управляющего части документов; привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо в ходе  рассмотрения обособленного спора опровергло в отношении него презумпции о том, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, привели к существенному затруднению проведения банкротства, а также о том, что непередача документов повлияла на невозможность формирования конкурсной массы, в том числе и посредством предъявления требований о взыскании дебиторской задолженности.

Иски, поданные конкурсным управляющим о взыскании задолженности по договорам аренды были в двух случаях возвращены судом (как поданные в нарушение положений статьи 126 АПК РФ), по двум делам были оставлены судом без рассмотрения (по основаниям, предусмотренным пунктом 9 части 1 статьи 148 АПК РФ). Оставленные без рассмотрения иски повторно конкурсным управляющим не подавались.

Привлечение к субсидиарной ответственности по долгам организации-банкрота возможно лишь в случае вины учредителя (участника), собственника имущества, руководителя в таком банкротстве. Доказательств противоправности действий бывшего руководителя должника конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Судом апелляционной инстанции было указано также на то, что на момент рассмотрения дела конкурсная масса Общества до конца еще не сформирована, поскольку конкурсным управляющим в полной мере не осуществлены мероприятия, направленные на взыскание задолженности по договорам аренды имущества должника, заключенным с третьими лицами, соответствующих документов (заключений), свидетельствующих о том, что данная дебиторская задолженность является безнадежной или нереальной к взысканию, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено. Тогда, как согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, применяемой к спорным правоотношениям), субсидиарная ответственность указанных в данной норме лиц по обязательствам должника может быть возложена на них при недостаточности имущества должника и ее размер определяется, исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации должника (пункт 5 статьи 29 Закона о банкротстве).

Опровергая довод суда первой инстанции о том, что совершенные ответчиком сделки по отчуждению четырех объектов недвижимого имущества привели к невозможности осуществления должником основного вида деятельности (сдача внаем собственного нежилого имущества), апелляционный суд указал на то, что данные сделки ранее рассматривались судом по заявлению налогового органа о признании их недействительными в рамках обособленного спора по делу. В рамках рассмотрения обособленного спора об оспаривании данных сделок суду были представлены доказательства изменения Обществом вида деятельности, а также приобретения в собственность спортивного оборудования для последующей сдачи в аренду, в подтверждение чего представлены соответствующие договоры.

При таких обстоятельствах, основания для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности отсутствовали.

Поскольку отсутствует причинно-следственная связь между противоправным поведением руководителя должника и наступившим вредом (невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов), суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности наличия совокупности условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Указанное постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда в кассационную инстанцию не обжаловалось.

2. Факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов, в результате чего существенно затруднено проведение процедур банкротства, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, свидетельствует о наличии презумпции для привлечения к субсидиарной ответственности обязанного лица в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  Возложение последствий неисполнения ответчиком обязанности по опровержению этой презумпции на конкурсного управляющего свидетельствует об ошибке распределения бремени доказывания между процессуальными оппонентами.

Обязанность по обращению  в суд с заявление о банкротстве возникает в момент,  когда  добросовестный  и  разумный  руководитель  в   рамках  стандартной  управленческой  практики должен был объективно предвидеть наличие одного  из обстоятельств,   указанных   в  пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Само по себе формальное наличие задолженности не свидетельствует о невозможности  для  предприятия  рассчитаться  с кредиторами с учётом дальнейших мер, предпринимаемых должником для выхода из кризисной ситуации (дело № А09-13305/2017).

Отказывая определением от 20.11.2019 в удовлетворении требований о привлечении бывшего руководителя Общества к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве суд указал, что конкурсный управляющий не принял все меры для получения документации должника самостоятельно, не представил доказательств, свидетельствующих о том, что в результате неисполнения обязанности по передаче документов возникли обстоятельства невозможности формирования конкурсной массы или ее формирования не в полном объеме. Таким образом, заявителем не доказана совокупность условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя Общества  к субсидиарной ответственности.

Постановлением апелляционного суда от 12.03.2020 определение суда области от 20.11.2019 отменено.

Признано доказанным наличие оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью, приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего до окончания расчетов с кредиторами должника.

При этом суд апелляционной инстанции признал обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии предусмотренных пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, применяемой к спорным правоотношениям) оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, обосновав данный вывод тем, что наличие у должника неисполненной обязанности по уплате денежных обязательств не является безусловным основанием для возложения на бывшего руководителя должника субсидиарной ответственности в порядке статьи 56 ГК РФ.

Отменяя судебный акт суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал на наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, указав, что отсутствие бухгалтерских документов послужило основанием невозможности в полном объеме сформировать конкурсную массу должника, и как следствие, удовлетворить требования конкурсных кредиторов.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Установленная абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя передать всю документацию должника конкурсному управляющему объективно возникает с даты открытия конкурсного производства и не связывает контролирующее лицо ожиданием такого требования от управляющего. Действуя добросовестно и разумно как лицо, контролировавшее деятельность общества, руководитель должен был обеспечить передачу всей документации конкурсному управляющему.

Установив факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче документов арбитражному управляющему, в отсутствие аргументированных доказательств возражений ответчика, суд апелляционной инстанции усмотрел наличие оснований для привлечения ответственного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в порядке пунктов 2, 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Указанное постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда в кассационную инстанцию не обжаловалось.

К аналогичному выводу пришел Двадцатый апелляционный суд при рассмотрении дела №А09-2014/2017 (постановление от 05.06.2020).

3. При применении материальных норм права, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, суд должен установить период совершения лицом виновных действий  и в зависимости от этого периода применить либо положения статей 9 и 10 Закона о банкротстве, действовавшие до июля 2017 года, либо положения главы  III.2 Закона о банкротстве, применяемые в случае совершения правонарушений контролирующими лицами после июля 2017 года (дело №А09-2014/2017).

Определением суда области от 24.06.2019 в удовлетворении требования конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью в части привлечения бывших руководителей должника - М. и С. к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд, отказано.

Одновременно судом первой инстанции было признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника С. на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом сделки должника по уступке права требования должника, а также признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя М.  на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с непередачей арбитражному управляющему документов бухгалтерского учёта и (или) отчётности. Приостановлено производство  по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  до окончания расчётов с кредиторами.

Определение суда было обжаловано в апелляционную инстанцию  конкурсным управляющим  и одним из бывших руководителей должника – М., в отношении которого были удовлетворены требования. 

Апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции, в постановлении от 05.06.2020, указал на то, что судом первой инстанции неправильно применены нормы статей 61.11 и 61.16 Закона о банкротстве. Несмотря на то, что с заявлением в суд о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился в 2018 году, основания, на которые он ссылается для привлечения к субсидиарной ответственности, имели место до июля 2017,  в связи с чем подлежат применению нормы права в той редакции Закона о банкротстве, которая действовала в соответствующий период.

Суд апелляционной инстанции в соответствии с пунктом 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассмотрел дело, руководствуясь нормами статьей 9 и 10 Закона о банкротстве (применяемой в настоящем обособленном споре в редакции, действующей на дату вменяемых правонарушений), исходя из процессуальных норм в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Апелляционный суд указал на то, что норма права о привлечении к субсидиарной ответственности одного из бывших руководителей на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом сделки должника по уступке права требования применена судом неверно, поскольку следовало исходить из пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, доказательств того, что именно спорная сделка привела к объективному банкротству суду не представлено, и конкурсным управляющим не доказано.

С учетом, изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что основания для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя С. отсутствуют.

Апелляционный суд также установил, что второй бывший руководитель М., являясь генеральным директором должника, в силу своих полномочий обязан был располагать всеми сведениями о наличии задолженности предприятия перед контрагентами, в том числе возникшими до его назначения, в целях определения своей обязанности по исполнению статьи 9 Закона о банкротстве. Бывшим руководителем должника в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказано отсутствие вины в непередаче конкурсному управляющему документации и имущества должника.

Исходя из  чего суд второй инстанции признал доказанным наличие оснований для привлечения ответчика М. к субсидиарной ответственности, поскольку последним не были переданы арбитражному управляющему документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством РФ, и их отсутствием на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Указанное постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда в кассационную инстанцию не обжаловалось.

4. Установление размера субсидиарной ответственности является результатом рассмотрения обособленного спора о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности. То обстоятельство, что при подаче заявления конкурсный управляющий неверно определил размер субсидиарной ответственности, не включив в него сумму требований,  включенных в реестр требований кредиторов на основании судебного акта, не предоставляет ему право на повторное обращение в арбитражный суд в нарушение нормы пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ. Суд обязан самостоятельно установить размер субсидиарной ответственности на основании нормы права и фактических обстоятельств дела, и  не связан с заявленной суммой требований, указанной конкурсным управляющим.

Заявление об истребовании документации у руководителя должника должно рассматриваться судом в судебном заседании. В случае неверной подачи заявления конкурсным управляющим о выдаче исполнительного листа, суд должен самостоятельно оценить его в соответствии с действующим законодательством и назначить судебное заседание с вызовом и извещением сторон, в котором выяснению подлежат обстоятельства наличия у руководителя объективной возможности (либо невозможности) наличия и передачи бухгалтерской документации предприятия конкурсному управляющему (дело №А09-7857/2015).

Конкурсный управляющий должника (ОАО) обратился с заявлением о привлечении контролирующего должника  лица (бывшего руководителя) к субсидиарной ответственности ввиду утраты возможности полного погашения требований кредиторов в размере всех включенных в реестр  требований, ссылаясь на непередачу им документов, имеющих отношение к деятельности должника.

Производство по заявлению конкурсного управляющего было приостановлено до момента завершения реализации имущества должника.

Определением суда области от 23.05.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Суд первой инстанции признал доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по мотиву неисполнения обязанности по ведению (составлению) и хранению документов бухгалтерского учета и отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. В связи с чем, руководствуясь статьями 61.11, 61.13 Закона о банкротстве, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований в заявленной управляющим сумме.             Постановлением апелляционного суда от 18.05.2020 определение суда области  отменено.

Апелляционный суд указал на ошибочность применения в данном случае материально-правовых положений Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ  и, исходя из норм статей 9 и 10 Закона о банкротстве и процессуальных норм в редакции Закона № 266-ФЗ, а также пришел к выводу о наличии оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, увеличив ее размер до суммы требований, включенных в реестр требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции указал, что судом области неверно определен размер субсидиарной ответственности, подлежащей взысканию с бывшего руководителя должника.

 В соответствии с абзацем восьмым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшимся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Апелляционная инстанция пришла к выводу, что суд обязан установить размер субсидиарной ответственности на основании нормы права и не связан с заявленной суммой требований, указанной конкурсным управляющим, при этом учел, что конкурсный управляющий должника 03.06.2019  вновь обратился в арбитражный суд с заявлением о дополнительном привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника в ином размере по тем же правовым основаниям, ссылаясь на техническую ошибку при подаче первоначального заявления, что привело к тому, что в  сумме требований не отражена задолженность, включенная в реестр требований кредиторов на основании определения Арбитражного суда Брянской области от 14.02.2017.

Данное заявление конкурсного управляющего было рассмотрено судом области 08.07.2019 г. и удовлетворено в полном объеме.

Постановлением апелляционного суда от 18.05.2020 отменено и определение суда области от 08.07.2019 о привлечении контролирующего должника лица к дополнительной субсидиарной ответственности, производство по заявлению о привлечении бывшего руководителя должника к дополнительной субсидиарной ответственности прекращено по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Как указал апелляционный суд в постановлении от 18.05.2020, установление размера субсидиарной ответственности является результатом рассмотрения обособленного спора о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности. Повторное обращение в арбитражный суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям процессуальным законодательством не допускается. То обстоятельство, что при подаче первого заявления конкурсный управляющий возможно неверно определил размер субсидиарной ответственности, не включив в него сумму требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов на основании определения суда, не предоставляет ему право на повторное обращение в арбитражный суд в нарушение нормы пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ (настоящее постановление в кассационном порядке не обжаловалось).

Определение суда области от 23.05.2019 и постановление апелляционного суда от 18.05.2020 были обжалованы ответчиком в  суд кассационной инстанции.

Постановлением арбитражного суда округа от 19.08.2020 судебные акты первой и апелляционный инстанций были отменены, с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд округа указал, что апелляционный суд не установил обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения требования конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, не проверил надлежащим образом доводы бывшего руководителя должника, принял преждевременное решение о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в заявленной конкурсным управляющим сумме, арбитражный суд первой инстанции также не оценивал приведенные обстоятельства и применил нормы материального права, не подлежащие применении к спорным правоотношениям.

Дополнительно суд кассационной инстанции указал, что материалы дела не содержат данные, подтверждающие, вопреки сложившейся практике, доказательства рассмотрения судом требования конкурсного управляющего об истребовании у ответчика документации. Вместе с тем, конкурсный управляющий заявлял такое требование в суд об обязании бывшего руководителя передать ему имущество должника, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие хозяйственную деятельность должника за три года до введения процедуры наблюдения. Данное заявление было зарегистрировано в качестве заявления о выдаче исполнительного листа. Судом был выдан конкурсному управляющему исполнительный лист о понуждении исполнительных органов ОАО передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, движимое и недвижимое имущество.

Таким образом, суд уклонился от рассмотрения заявленного конкурсным управляющим требования в судебном заседании и фактически не исследовал вопрос о  том сохранность и передачу каких из указанных арбитражным управляющим в заявлении документов, образовавшихся в процессе деятельности должника, обязан был передать ответчик.

При новом рассмотрении дела конкурсному управляющему было отказано в удовлетворении заявления о привлечении бывшего руководителя ОАО к субсидиарной ответственности (определение АС Брянской области от 23.11.2020). В апелляционном, кассационном порядке настоящее определение обжаловано не было.

5. При рассмотрении вопроса о противоправных действиях контролирующих должника лиц, заключающихся в совершении ими сделок, суду необходимо установить и, соответственно. конкурсному управляющему доказать, что данная сделка привела к объективному банкротству и утрате возможности реального погашения всех долговых обязательств в будущем. При этом  следует учитывать результаты рассмотрения судом исков о признании сделок недействительными (при наличии таких споров). Применение последствий недействительности сделок, например, в виде реституции (возврата имущества в конкурсную массу должника) не исключает привлечение руководителя должника к ответственности

    Опровергая  презумпцию, установленную   пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, и мотивируя объективную невозможность передачи документов,  руководитель должника сослался на уничтожение документов в результате пожара. Вместе с тем, нахождение документации общества вне мест специального хранения, в необорудованных  для целей хранения помещениях не является надлежащим  способом хранения с учетом требования о проявлении руководителем должной степени заботливости и осмотрительности (дело №А09-9264/2015)

Конкурсный управляющий должника (СПК) обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника. К участию в деле в качестве солидарных должников были привлечены 8 участников должника. В отношении 3 солидарных должников производство по делу было прекращено в связи со смертью, в отношении остальных ответчиков – требование конкурсного управляющего было оставлено без удовлетворения.

В качестве основания привлечения руководителя должника к солидарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указал на то, что в результате совершенной руководителем СПК по заниженной цене сделки с заинтересованными лицами  (соглашения о переводе долга и предоставлении отступного), кооператив лишился имущества, составляющего ликвидные активы должника, и возможности погашать требования кредиторов из его стоимости; сделка привела к прекращению хозяйственной деятельности кооператива; был причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Кроме того, указал, что ему не были переданы документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, не в полном объеме переданы основные средства, принадлежащие кооперативу, в результате чего было существенно затруднено проведение процедур, применяемых в  деле о банкротстве, в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

Отказывая в удовлетворении требований о привлечении к ответственности бывшего руководителя должника в связи с непередачей последним документов бухгалтерского учета и отчетности, суд первой инстанции (определение от 12.07.2021), ссылаясь на положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пришел к выводу о том, что обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника бывшим руководителем не исполнена по независящим от него обстоятельствам (отсутствует его вина). Судом первой инстанции приняты во внимание пояснения руководителя должника и представленные им документы, из которых установлено, что все документы СПК были уничтожены в связи с пожаром, о чем в материалы дела представлены соответствующие доказательства.

Суд первой инстанции также сослался на то, что исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Какого-либо подтверждения наличия такой связи конкурсным управляющим не представлено.

В отношении другого основания, приведенного конкурсным управляющим для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, суд указал, что достаточных доказательств того, что именно действия (либо бездействия) бывшего руководителя и указанных членов (учредителей, участников) СПК привели к банкротству предприятия, конкурсным управляющим не представлено.

Конкурсным управляющим была подана апелляционная жалоба, в которой он, просил оспариваемое определение отменить в части отказа в привлечении бывшего руководителя  К. к субсидиарной ответственности по обязательствам СПК.  В остальной части судебный акт суда первой инстанции конкурсным управляющим не обжаловался.

Постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции от 24.11.2021 определение суда области об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности, бывшего руководителя должника отменено.

Признано доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника как по первому, так и по второму основанию, приведенному конкурсным управляющим. Приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя по обязательствам должника до окончания расчетов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции указал, что действия бывшего руководителя по совершению сделки (соглашения о переводе долга и предоставлении отступного) имели место в 2014 году, а бездействие контролирующего лица по непередаче конкурсному управляющему документов кооператива и бухгалтерской документации, в связи с которыми заявлено требование о привлечении его к субсидиарной ответственности - в 2015 году, следовательно, применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени, то есть положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Апелляционный суд посчитал выводы суда первой инстанции не соответствующими обстоятельствам дела, указал, что приведенные ответчиком возражения об объективной невозможности передачи им конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника в связи с пожаром сарая ответчика являются неправдоподобными и не подтверждающими отсутствие его вины, а также противоречащими имеющимся в деле доказательствам. Иных доказательств, подтвержденных документально, которые могли бы являться основанием для освобождения контролирующего лица от субсидиарной ответственности, ответчиком в материалы дела не представлено.

По второму основанию привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, апелляционный суд указал, что из содержания материалов дела однозначно усматривается, что на дату совершения сделок между заинтересованными юридическими лицами, должник отвечал признакам неплатёжеспособности, поскольку у него имелась задолженность по оплате перед бюджетом и иными кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника. Данные сделки признаны судебным актом суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением суда округа от 27.04.2017, не только совершенными в отсутствие равноценного встречного предоставления (пункт 1 статьи статьи 61.2. Закона о банкротстве), но и недействительными по основаниям статьи 10 ГК РФ, как совершенными при недобросовестном поведении сторон сделки (совершенной в пользу подконтрольного юридического лица), которое было направлено на вывод активов должника, подлежащих включению в конкурсную массу.

Таким образом, совершенные руководителем от имени должника сделки в виде соглашения о переводе долга и о предоставлении отступного с Обществом, где этот же руководитель  представлял исполнительный орган второй стороны, привели к банкротству должника.

В результате совершенных сделок с заинтересованностью окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Возврат спорных объектов в конкурсную массу должника в качестве последствия недействительности сделок не исключает возможности привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; удовлетворение требований кредиторов за счет реализации имущества, возвращенного в конкурсную массу, подлежит учету при определении размера субсидиарной ответственности (аналогичные выводы изложены  в Определении ВС РФ от 17.08.2017 №305-ЭС15-14221 по делу №13385/2014).

Постановление суда апелляционной инстанции в кассационном порядке не обжаловалось.

6. Производство по делу о банкротстве не может быть прекращено при наличии нерассмотренного обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Факт обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является процессуальным основанием, препятствующим рассмотрению вопроса о прекращении производства по основному делу о банкротстве (дело №А09-9263/2015)

Конкурсный управляющий СПК обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника.

Определением суда от 14.12.2020 производство по обособленному спору по заявлению конкурсного управляющего должника и лиц, привлеченных судом в качестве соистцов, прекращено.

Основанием для прекращения производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности явилось определение суда от 08.12.2020, которым было удовлетворено заявление конкурсного управляющего СПК о прекращении производства по делу о банкротстве, в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Прекращая производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции указал, что поскольку в производстве суда отсутствует дело о банкротстве должника, то производство по заявлению конкурсного управляющего СПК о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника подлежит прекращению применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

При рассмотрении жалобы одного из соистцов, апелляционным судом было установлено, что определение суда области от 08.12.2020 о прекращении производства по делу о банкротстве СПК было обжаловано в апелляционный суд. Постановлением апелляционного суда от 06.04.2021 (оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 07.07.2021),  определение суда области от 08.12.2020 отменено, в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего сельскохозяйственного производственного кооператива о прекращении производства по делу отказано, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции в постановлении от  19.07.2021 указал, что при наличии не рассмотренного судом заявления конкурсного управляющего СПК о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника, прекращение производства по делу о банкротстве в данном случае не будет отвечать целям банкротства. Факт обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является процессуальным основанием, препятствующим рассмотрению вопроса о прекращении производства по основному делу о банкротстве.

Учитывая, что на момент рассмотрения апелляционным судом жалобы на определение о прекращении производства по обособленному спору - производство по основному делу продолжалось, оснований для прекращения производства по обособленному спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не имеется, судом апелляционной инстанции определение о прекращении производства по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника отменено, заявление направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В настоящее время по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника вынесено определение об удовлетворении требований конкурсного управляющего и кредиторов. Определение суда первой инстанции в законную силу не вступило.

7. При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда. Применительно к абзацу 1 статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных, суд учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если в пользу такого лица или с его одобрения совершены сделки, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов. Такое же правило действовало с 1 октября 2015 в соответствии с абзацем 3 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

К субсидиарной ответственности подлежит привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству. Статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией (дело А09-14279/2017).

Конкурсный управляющий должника обратился с заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника, по следующим основаниям:

- руководители должника К., Б. и М. не исполнили предусмотренной абзацем 6 пункта 1, пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве, начиная с 07.04.2015 и до возбуждения дела о банкротстве;

- последним руководителем должника - М. и контролирующим должника лицом - Л. не исполнена предусмотренная абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность по передаче (обеспечению передачи) бухгалтерской и иной финансово-хозяйственной документации должника арбитражному управляющему после открытия процедуры конкурсного производства;

- руководители должника К., Б. и М. и контролирующее его лицо – Л., фактически довели должника до банкротства бездействием, а именно: непринятием мер к взысканию дебиторской задолженности, а также непринятием мер по оспариванию подозрительных сделок (пункты 2, 3 статьи  61.13 Закона о банкротстве).

Определением суда первой инстанции от 17.04.2019, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 21.01.2020, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности оставлено без удовлетворения ввиду недоказанности арбитражным управляющим предусмотренной Законом о банкротстве совокупности условий, позволяющей привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным конкурсным управляющим основаниям.

При этом суд первой инстанции, сославшись на то, что рассматриваемое заявление должника подано 07.08.2018, указал, что порядок и основания привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности предусмотрены главой III.2. Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции установил, что выводы судов, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, не соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам, установленным по делу фактическим обстоятельствам, сформулированы в отсутствие надлежащей оценки всех приводившихся конкурсным управляющим оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, освобождение судами ответчиков от субсидиарной ответственности является преждевременным.

Обособленный спор был направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора определением суда области от 30.03.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности одного из контролирующих должника лиц М. по обязательствам должника, возникшим после 01.11.2016 (в части  неисполнения последним руководителем должника обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве и передаче (обеспечению передачи) бухгалтерской и иной финансово-хозяйственной документации должника арбитражному управляющему после открытия процедуры конкурсного производства), в остальной части требования были оставлены без удовлетворения. Производство по рассмотрению заявлений конкурсного управляющего и одного из кредиторов (объединенных в одно производство по обособленному спору)  к М. о привлечении последнего к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

Постановлением апелляционного суда от 28.10.2021 определение суда первой инстанции от 30.03.2021 отменено в части отказа в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего должника и кредитора о привлечении к субсидиарной ответственности иных контролирующих должника лиц по обязательствам последнего,  а также в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности привлеченного к ответственности лица по обязательствам должника, возникшим после 01.11.2016.

Заявители сослались на обстоятельства, имевшие место в 2015-2016 годах, поэтому к спорным правоотношениям необходимо применить статью 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 28.06.2013 №134-ФЗ.

Признано доказанным наличие оснований для привлечения солидарно к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц М., Л., К. и Б. по обязательствам Общества, а именно:

- бывший руководитель М. подлежал привлечению к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о признании должника банкротом; за непередачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации; по непринятию мер к взысканию дебиторской задолженности, что привело к банкротству должника; за необеспечение передачи ИФНС России документации должника в ходе проведения выездной налоговой проверки должника, в связи с чем должнику были доначислены налоги, в связи с чем,  и окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности и, как следствие, погашение всех долговых обязательств в будущем;

- Л., К., Б. и М. солидарно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Апелляционным судом было установлено соучастие указанных лиц в совершении действий, выразившихся в перечислении в 2015-2016 годах с расчетного счета должника единственно ликвидного актива общества - денежных средств на сумму более 300 млн. рублей в пользу аффилированных с должником организаций, приведших к банкротству общества, которых было бы достаточно, чтобы погасить имеющуюся задолженность перед налоговым органом и перед кредиторами.

Как отметили суды вышестоящих инстанций, заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяли признать убедительными их аргументы о том, что финансово-хозяйственную деятельность должника фактически осуществлял Л., являвшийся в исследуемый период 100% участником должника. Перечисления денежных средств с расчетного счета должника могли быть произведены только под контролем Л., как конечного бенефициара должника. Представленные конкурсным управляющим и кредитором доказательства очевидно свидетельствуют о том, что перечисления денежных средств общества в пользу подконтрольных юридических лиц Л. при наличии просроченной задолженности перед кредиторами и бюджетом, в совокупности повлекли объективное банкротство должника.

В силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания перешло на Л., который не представил доказательства обратного.

Постановление апелляционного суда от 28.10.2021 было обжаловано в суд кассационной инстанции, постановлением арбитражного суда  округа от 31.01.2022 оставлено без изменения.

Определением от 20.05.2022 отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. 

8. При рассмотрении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности со множественностью лиц на стороне ответчиков необходимо установить является ли каждый из них контролирующим должника лицом, исследовать причинно-следственную связь между действиями каждого контролирующего лица, такими как совершение сделок, увод активов и т.п., и негативными последствиями для должника, установить периоды совершения данных действий. Действия разных лиц могут заключаться в разных противоправных деяниях, имеющих разные составы и подпадающих под регулирование разных статей главы III.2 Закона о банкротстве.

Необходимо учитывать наличие таких неоспоримых и объективных доказательств виновности действий, как, например, наличие приговоров суда общей юрисдикции, вынесенных в отношении отдельных контролирующих лиц, решений судов о признании сделок недействительными и др. (дело № А09-8452/2012).

Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц Д., Ш., З., К., В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с них в солидарном порядке денежных средств.

Определением суда первой инстанции от 01.12.2020  в удовлетворении заявленных требований отказано. Суд признал доказанным довод конкурсного управляющего о том, что в спорный период Д., Ш., З., К. являлись контролирующими должника лицами, но отказал в привлечении их к субсидиарной ответственности сославшись на то, что управляющим не представлены доказательства того, что банкротство должника и неспособность удовлетворять требования кредиторов были обусловлены исключительно действиями указанных ответчиков в качестве контролирующих должника лиц по изъятию имущества; наличие причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц по изъятию имущества и неплатежеспособностью должника не доказано. Суд первой инстанции указал, что признаки неплатежеспособности у должника возникли еще в период, предшествующий совершению спорных сделок, поскольку структура бухгалтерского баланса общества свидетельствует о том, что и до передачи имущества в уставный капитал третьего лица должник отвечал признакам неплатежеспособности. Сумма непогашенных обязательств должника до изъятия имущества значительно превышала сумму, установленную в статьях 3, 33 Закона о несостоятельности (банкротстве) для определения признаков банкротства, при этом на протяжении всего периода текущая задолженность практически не погашалась и нарастала до передачи имущества должника другому предприятию.

В отношении В. отказ в удовлетворении заявления мотивирован тем, что конкурсный управляющий не доказал, что данный ответчик является лицом, контролирующим должника, имеющим возможность каким либо образом определять действия должника, что он совершил какие-либо действия, вследствие которых наступило объективное банкротство должника.

Постановлением апелляционного суда от 19.04.2021 определение суда первой инстанции отменено, заявленные требования конкурсного управляющего удовлетворены за счет всех ответчиков в солидарном порядке.

Суд  апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 4 статьи  10 Закона о банкротстве.

Признав доказанным, что все ответчики являются контролирующими должника лицами, суд апелляционной инстанции также признал доказанным, что в результате действий по совершению сделок по выводу с баланса должника всех производственных активов, хозяйственная деятельность должника была прекращена, должник лишился не только имущества, имеющего стоимостное выражение, но и основных источников извлечения дохода и прибыли. Какое-либо равноценное встречное предоставление должник не получил, отсутствует экономическая целесообразность сделок,  сделками причинен вред кредиторам должника, уменьшены его активы и конкурсная масса, в связи с чем вступившим в законную силу определением суда первой инстанции по рассмотренному ранее обособленному спору данные сделки были признаны недействительными на основании статьи 168 ГК РФ и пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд принял во внимание результат оспаривания конкурсным управляющим должника совершенных на основании протоколов сделок должника по передаче имущества в уставный капитал третьего лица в рамках другого обособленного спора.

В опровержение вывода суда первой инстанции об отсутствии причинения оспаривавшимися сделками вреда кредиторам должника в связи с последующим возвращением переданного по ним имущества должнику в порядке реституции, суд апелляционной инстанции сослался на то, что возврат данного имущества был осуществлен лишь  спустя пять лет после его изъятия в результате принудительного исполнения судебного акта о применении последствий недействительности сделок.

Рассмотрев кассационную жалобу ответчиков, в постановлении от 09.09.2021 суд кассационной инстанции признал законным и обоснованным довод апелляционного суда о том, что вывод производственных активов по оспариваемым сделкам привел к причинению вреда имущественным правам кредиторов, недостаточности имущества должника, повлекшем впоследствии его банкротство.

Вместе с тем, указал  на то, что согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ,  действовавшей в 2011 - 2012 годах редакции, в случае недостаточности имущества юридического лица, субсидиарная ответственность по его обязательствам может быть возложена на учредителей (участников), собственников имущества юридического лица или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания, либо иным образом имеют возможность определять его действия, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана данными лицами.

В рассмотренном в рамках настоящего обособленного спора конкурсный управляющий в качестве основания для привлечения ответчиков по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве указывал, что ответчики являются контролирующими должника лицами, противоправные действия которых по совершению и одобрению сделок по выводу активов должника в уставный капитал третьего лица согласно протоколам внеочередного общего собрания участников должника привели к банкротству последнего.

Постановлением суда кассационной инстанции от 09.09.2021 определение суда области в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ответчиков в качестве контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскания с них в пользу должника денежных средств, и постановление  апелляционного суда в части удовлетворения заявления в указанной части отменено. В отмененной части обособленный спор по делу направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как указал суд кассационной инстанции выводы суда апелляционной инстанции о доказанности наличия всей совокупности предусмотренных пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пунктом 3 статьи 56 ГК РФ оснований для привлечения В., К., Ш. в качестве контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскания с данных ответчиков в пользу должника  денежных средств, равно как и вывод суда первой инстанции о недоказанности наличия указанных оснований, основаны на неполной оценке имеющихся в материалах дела доказательств, неполном установлении фактических обстоятельств дела.

Согласно указаниям суда кассационной инстанции при новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции необходимо учесть обстоятельства, установленные приговорами, вынесенными в отношении бывших руководителей должника Д. и З. о привлечении к уголовной ответственности по статье 196 УК РФ за преднамеренное банкротство должника, совершенное по предварительному сговору, дать оценку доводам участников обособленного спора о доказанности наличия или отсутствия оснований для привлечения иных ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным конкурсным управляющим основаниям.

Одновременно суд кассационной инстанции посчитал доказанным факты противоправных действий со стороны контролирующих лиц Д. и З., установленных приговорами суда общей юрисдикции, оставил без изменения выводы судов первой и апелляционной инстанций о привлечении данных лиц к субсидиарной ответственности.

В настоящее время обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц Ш., К., и В. к субсидиарной ответственности по делу №А09-8452/2012 находится на повторном рассмотрении дела в суде первой инстанции.

Обобщение судебной практики подготовлено председателем третьего судебного состава коллегии по рассмотрению споров, возникающих из гражданских и иных  правоотношений,  Степченко Г.В. и судьей  третьего судебного состава Мишиной Н.В.

Опубликовано: 03.10.2022 11:05 Обновлено: 05.05.2023 14:56